журнал Экспорт вооружений, ноябрь 2010

ВМФ РФ не нужны тактические береговые ПКРК?

Михаил Барабанов

Основные положения:
■■ после завершения НИОКР и начала серийного производства новых береговых противокорабельных ракетных комплексов (ПКРК) «Бастион» и «Бал» Россия стала лидером на мировом рынке этих систем;
■■ для собственных нужд ВМФ РФ закупает только ПКРК «Бастион» оперативно-тактического назначения, предназначенные для поражения крупных надводных целей, и пренебрегает закупками менее мощных тактических ПКРК «Бал»;
■■ учитывая, что в сегодняшних условиях более вероятна перспектива локального конфликта в прибрежных водах, нежели начало крупномасштабной войны, такая политика российского ВМФ выглядит недальновидной.

Современные береговые противокорабельные ракетные комплексы (ПКРК) представляют собой довольно могущественные системы оружия, способные решать задачи не только обороны побережья, но и поражать морские цели на расстоянии до сотен километров от него. Обладая обычно собственными средствами целеуказания, высокой автономностью и мобильностью, современные береговые ПКРК имеют высокую боевую устойчивость и трудноуязвимы даже для самого серьезного противника. Эти обстоятельства стали одной из причин наблюдаемого сейчас всплеска внимания на мировом рынке вооружений к береговым ПКРК нового поколения. Дополнительные перспективы дает создаваемая сейчас возможность использования береговых ПКРК в качестве средств применения высокоточного ракетного оружия по наземным целям.

Основные зарубежные разработки
Хотя почти все современные противокорабельные ракеты (ПКР) могут быть использованы в составе береговых ПКРК и компании-разработчики ПКР часто предлагают «наземную опцию» базирования этих ракет, в ведущих западных странах создание береговых ПКРК не получило широкого распространения. Основные западные флоты, опираясь на свое морское превосходство, практически не эксплуатировали береговые ПКРК, и создание таких комплексов велось по специальным экспортным заказам (преимущественно со стороны стран «третьего мира»).
Между тем в Скандинавских странах и в Японии береговые ПКРК национальной разработки занимали важное место в системе морских вооружений. Точно так же Китай, унаследовавший советские военные доктрины, имеющий протяженное побережье и до последнего времени относительно слабые ВМС, уделял развитию береговых ПКРК значительное внимание. Сегодня Китай представляет на рынок наиболее широкий за рубежом спектр береговых ПКРК с ракетами различных классов. Как средство противодействия господствующему на море противнику рассматривают береговые ПКРК и ряд «стран-изгоев» (Иран, КНДР).
Если не считать Скандинавские страны с их давними традициями развития сил береговой обороны, то основными заказчиками ПКРК выступают страны «третьего мира», причем часть покупателей рассматривает такие комплексы в качестве важного дополнения к основным силам и средствам ВМС, а часть – в качестве основного средства морской обороны. Наконец, традиционный интерес к таким системам имеет ряд стран с очень протяженной береговой чертой (Индия, Египет, Чили).
Сегодня на мировом рынке присутствует широкий спектр береговых ПКРК, вооружаемых практически всеми современными типами ПКР.
Harpoon (Boeing, CША) – несмотря на свое широкое распространение в мире, эта ПКР используется в береговых комплексах только в небольшом количестве в нескольких странах – Дании, Испании, Египте и Южной Корее. При этом в Дании береговые комплексы были созданы самостоятельно путем перестановки пусковых установок ПКР Harpoon со списанных фрегатов в начале 1990-х гг. В три другие страны поставки осуществлялись также в 1990-е гг.
Exocet (MBDA, Франция) – береговые комплексы с использованием первого поколения ПКР Exocet ММ38 ранее состояли на вооружении в Великобритании (комплекс Excalibur в Гибралтаре, в 1994 г. был продан Чили) и в Аргентине (импровизированный, был применен в ходе Фолклендского конфликта в 1982 г.), а сегодня используются в Чили и Греции. Береговые ПКРК с более современными ракетами Exocet ММ40 состоят на вооружении в Греции, на Кипре, в Катаре, Таиланде, Саудовской Аравии (поставки производились во второй половине 1980-х гг. и в 1990-е гг.) и в Чили (в последнем случае изготовлены самостоятельно).
Otomat (MBDA, Италия) – используется в составе береговых ПКРК, поставленных в 1980-е гг. Египту и Саудовской Аравии.
RBS-15 (Saab, Швеция) – этот комплекс в береговом варианте RBS-15K состоит на вооружении в Швеции и Финляндии (был поставлен в 1980-е гг.), а в Хорватии ПКР RBS-15 используются в составе созданного в 1990-е гг. берегового ПКРК MOL собственного производства. Saab продолжает маркетинг берегового ПКРК на основе новой версии ракеты RBS-15 Mk 3.
RBS-17 (Saab, Швеция) – модифицированный вариант американской противотанковой ракеты Hellfire. Используется с легких береговых пусковых установок (ПУ), которые состоят на вооружении Швеции и Норвегии.
Penguin (Kongsberg, Норвегия) – с 1970-х гг. эта ПКР используется в стационарных ПУ в береговой обороне Норвегии. Сейчас комплекс устарел и снимается с вооружения.
NSM (Kongsberg, Норвегия) – новая норвежская ПКР, предлагающаяся в том числе в варианте мобильного берегового ПКРК. В конце 2008 г. Польша заключила контракт стоимостью 145 млн долл. на приобретение одного дивизиона береговых NSM с поставкой в 2012 г.2 Это первый известный контракт на поставку ПКРК западноевропейского производства в последнее десятилетие. В дальнейшем возможно приобретение берегового варианта NSM и самой Норвегией.
SSM-1A (Mitsubishi, Япония) – ПКР японского производства, используемая в состоящих на вооружении Японии мобильных береговых ПКРК типа 88. На экспорт не поставлялась.
Hsiung Feng (Тайвань) – семейство ПКР, используемое с 1970-х гг. в береговой обороне Тайваня в составе одноименных стационарных и мобильных ПКРК. Первый вариант ПКРК (Hsiung Feng I) создан на основе модифицированного аналога израильской ПКР Gabriel Mk 2. С 2002 г. на вооружение Тайваня в мобильном варианте поступает ПКРК Hsiung Feng II, использующий более дальнобойную ракету полностью тайваньской разработки. В последующем не исключено создание берегового комплекса на основе новейшей тайваньской сверхзвуковой ПКР Hsiung Feng III. На экспорт эти системы не поставлялись.
HY-2 (КНР) – китайская ПКР (также известна как С-201), являющаяся модифицированным аналогом советской ракеты П-15 разработки 1960-х гг. Береговые ПКРК на основе HY-2 с 1960-х гг. составляли основу береговой обороны КНР, поставлялись также Ираку, Ирану, КНДР и Албании. Применялись Ираком в ходе конфликтов в Персидском заливе 1991 и 2003 гг., но без успехов. Сегодня полностью устарела.
HY-4 (КНР) – модифицированный вариант HY-2 с турбореактивным двигателем, используется в береговой обороне КНР с 1980-х гг. После 1991 г. береговые комплексы с этой ракетой были поставлены ОАЭ. Собственные аналоги этой ракеты для береговой обороны были разработаны в Иране (Raad) и КНДР (американские обозначения AG-1 и KN-01). Сегодня ракета безнадежно устарела.
YJ-62 (КНР) – противокорабельный вариант (также обозначается как С-602) семейства современных китайских крылатых ракет СJ-10, подобных американской Tomahawk. Береговой подвижный ПКРК с С-602 поступает на вооружение в последние годы, становясь основной системой береговой обороны ПКР. Данные об экспорте отсутствуют.
YJ-7 (КНР) – семейство легких современных ПКР, в которое входят ракеты от С-701 до С-705. Береговые мобильные ПКРК с ними продвигаются на рынок и, возможно, поставлялись в Иран. В Иране ведется лицензионный выпуск С-701 под наименованием Kosar, в том числе в береговом варианте, а С-704 – под наименованием Nasr.
YJ-8 (КНР) – серия современных китайских ПКР, в составе которой известны ракеты С-801, С-802 и С-803. Береговые мобильные системы с ракетами С-802 состоят на вооружении в КНР, а в 1990–2000-е гг. поставлялись в Иран и, по ряду сообщений, в КНДР. Сообщается, что сейчас закупку этих береговых ПКРК планирует Таиланд. В Иране организован лицензионный выпуск ракет С-802 под обозначением Noor, береговые комплексы с ними были поставлены Сирии и ливанской организации «Хезболла», и применены последней в ливанском конфликте 2006 г.

Отечественный контекст
Советский период
В СССР созданию береговых ПКРК традиционно уделялось значительное внимание, ибо они рассматривались как важное средство береговой обороны в условиях военно-морского превосходства Запада. При этом в Советском Союзе такие комплексы создавались на основе ПКР не только тактического назначения, но и ракет оперативно-тактического назначения с дальностью стрельбы, превышающей 200 км.
В 1958 г. на вооружение был принят первый советский береговой подвижный ПКРК 4К87 «Сопка» с ракетами С-2 с дальностью стрельбы до 100 км (разработчик – филиал ОКБ-155, ныне МКБ «Радуга» в составе ОАО «Корпорация «Тактическое ракетное вооружение»). Эти же ракеты применялись и в береговых стационарных защищенных ПКРК «Стрела» («Утес»), построенных на Черноморском и Северном флотах. Комплекс «Сопка» составлял основу береговых ракетно-артиллерийских сил СССР в 1960-е гг. и широко поставлялся в дружественные страны, но в 1980-е гг. был окончательно снят с вооружения. В ходе арабо-израильской войны 1973 г. комплекс «Сопка» был без успеха применен находившимися в Египте советскими расчетами.
Для замены комплекса «Сопка» в КБ машиностроения (Коломна) был разработан и в 1978 г. принят на вооружение ВМФ СССР подвижный береговой ПКРК 4К40 «Рубеж», использующий широко распространенную флотскую ПКР П-15М с дальностью стрельбы до 80 км разработки МКБ «Радуга». Комплекс «Рубеж» был полностью автономным и имел интегрированные на одной машине (шасси МАЗ-543М) пусковую установку и РЛС целеуказания «Гарпун», реализуя концепцию «ракетного катера на колесах». «Рубеж», прошедший в 1980-е гг. модернизацию, до сих пор остается основным береговым ПКРК ВМФ России. В 1980-е гг. в экспортном варианте «Рубеж-Э» комплекс поставлялся в ГДР, Польшу, Румынию, Болгарию, Югославию, Алжир, Ливию, Сирию, Йемен, Индию, Вьетнам и на Кубу. После распада СССР некоторое количество систем получила Украина, а после распада Югославии ее комплексы «Рубеж-Э» достались Черногории, которая продала их в 2007 г. Египту. Сейчас «Рубеж» считается морально и физически устаревшим.
В качестве берегового комплекса оперативно-тактического назначения для ВМФ СССР был разработан и в 1966 г. принят на вооружение подвижный ПКРК 4К44Б «Редут» со сверхзвуковыми ракетами П-35Б дальностью стрельбы до 270 км разработки ОКБ-52 (ныне ОАО «НПО машиностроения»). В качестве базового шасси используется БАЗ-135МБ.
Впоследствии «Редут» был модернизирован с заменой ракет П-35Б более современными 3М44 комплекса «Прогресс», принятыми на вооружение в 1982 г. Ракетами П-35Б, а затем 3М44 были также перевооружены береговые стационарные комплексы «Утёс». В 1980-е гг. комплексы «Редут-Э» поставлялись в Болгарию, Сирию и Вьетнам. В ВМФ России, в Сирии и во Вьетнаме эти системы, несмотря на устарелость, до сих пор состоят на вооружении, причем вьетнамские комплексы были после 2000 г. модернизированы НПО машиностроения по программе «Модерн»4.

Настоящее время
В 1980-е гг. для замены комплексов «Редут» и «Рубеж» началась разработка нового поколения береговых ПКРК на основе перспективных тогда ПКР (комплексы «Бастион» и «Бал» соответственно), однако ввиду развала СССР довести их удалось только в последние годы.
После запуска серийного производства этих систем Россия превратилась в лидера на рынке береговых ПКРК и, видимо, сохранит это преимущество на ближайшее десятилетие, особенно с учетом возможности продвижения в перспективе на рынок еще более новых систем Club-M и «Бал-У». Можно ожидать заключения до 2020 г. целого ряда зарубежных контрактов на поставку новых российских береговых ПКРК.
Оперативно-тактический береговой ПКРК «Бастион» был разработан НПО машиностроения на основе новой сверхзвуковой ПКР серии 3М55 «Оникс/Яхонт» с дальностью стрельбы до 300 км. Система предлагается в подвижном (К300П «Бастион-П») и стационарном («Бастион-С») вариантах, при этом на экспорт она комплектуется ракетами К310 «Яхонт» с дальностью стрельбы до 290 км. В состав комплекса (дивизиона) «Бастион-П» входят четыре мобильные пусковые установки на шасси МЗКТ-7930 (по две ракеты на каждой), машина управления, а также могут вводиться машины целеуказания с РЛК «Монолит-Б» и транспортно-заряжающие машины.
В 2006 г. были подписаны контракты на поставку одного дивизиона «Бастион-П» во Вьетнам (оценочной стоимостью 150 млн. долл.) и двух дивизионов в Сирию (около 300 млн. долл.), при этом за счет вьетнамского контракта была фактически оплачена завершающая часть НИОКР.
Поставки комплекса обоим заказчикам вместе с ракетами «Яхонт» были произведены НПО машиностроения в 2010 г. В 2008 г. Министерство обороны России выдало НПО машиностроения контракт на поставку трех комплексов 3К55 «Бастион-П» с ракетами серии «Оникс/Яхонт» для оснащения 11-й отдельной береговой ракетно-артиллерийской бригады Черноморского флота, дислоцированной в районе Анапы. В конце 2009 г. – начале 2010 г. в состав бригады были переданы два комплекса «Бастион-П» (по «новому облику» Вооруженных сил России они именуются батареями и сведены в составе бригады в один дивизион), а в 2011 г. должен быть передан третий комплекс (батарея).
Ракета «Яхонт» нашла свое применение в Индии, где в рамках созданного НПО машиностроения с индийской организацией DRDO совместного предприятия BrahMos была отработана ПКР BrahMos, являющаяся фактически аналогом «Яхонта» с добавлением отдельных электронных компонентов индийской разработки. Реальный выпуск ракет BrahMos осуществляется оренбургским ОАО «Стрела» с дооборудованием в Индии. В варианте размещения на береговой ПУ индийская армия заказала 134 ракеты BrahMos Block I в 2006–2009 гг. и дополнительно 240 ракет BrahMos Block II в 2010 г. на общую сумму порядка 3 млрд долл. Индийская армия предполагает использовать BrahMos с мобильных пусковых установок не только в качестве ПКР, но и в качестве ракеты для высокоточного поражения наземных целей (на что ориентирована модификация Block II). Ракеты BrahMos могут использоваться и в составе ракетного комплекса «Бастион». Замена комплекса тактического назначения «Рубеж» в береговых ракетно-артиллерийских войсках отечественного ВМФ предполагалась на созданный ФГУП «КБ машиностроения» (головной подрядчик) и предприятиями корпорации «Тактическое ракетное вооружение» (КТРВ) подвижный береговой ПКРК 3К60 «Бал», использующий малогабаритные дозвуковые ПКР 3М24 «Уран» с дальностью стрельбы до 120 км.
В состав комплекса «Бал» входят четыре самоходные пусковые установки 3С60 на шасси МЗКТ-7930 (по восемь ракет на каждой), два выполненных на том же шасси самоходных командных пункта управления и связи (СКПУС) с РЛК целеуказания «Гарпун-Бал», а также четыре транспортно-заряжающие машины.
Суммарный боекомплект комплекса, таким образом, состоит из 64 ПКР.
Для отработки был изготовлен один комплекс «Бал» в минимальной комплектации (один СКПУС, две пусковые установки и одна транспортно-заряжающая машина), успешно завершивший государственные испытания осенью 2004 г. Данный комплекс был передан в опытную эксплуатацию ВМФ России и сейчас находится в составе 11-й отдельной береговой ракетно-артиллерийской бригады Черноморского флота, хотя и не имеет боекомплекта ракет 3М24. Но, несмотря на формальное принятие комплекса на вооружение в 2008 г., заказов на серийное производство комплекса «Бал» со стороны Министерства обороны России так и не последовало. На экспорт комплекс предлагается в варианте «Бал-Э» с экспортными ракетами 3М24Э, однако пока заказов на него также не поступало, несмотря на проявляемый интерес со стороны ряда стран.
Еще одним предложением по береговым ПКРК в России является продвигаемый ОКБ «Новатор» (входит в состав ОАО «Концерн ПВО «Алмаз-Антей») мобильный комплекс Club-M на основе крылатых ракет семейства Club («Калибр») типов 3М14Э, 3М54Э и 3М54Э1 с дальностью стрельбы до 290 км. Комплекс предлагается на экспорт в мобильном варианте на разных шасси с 3–6 ракетами на пусковой установке (включая контейнерное исполнение), заказы на него пока отсутствуют.
Другим проектом стало представленное впервые в 2006 г. предложение КТРВ (МКБ «Радуга») мобильного берегового варианта экспортной версии известного корабельного ПКРК «Москит-Э» со сверхзвуковыми ракетами 3М80Э дальностью стрельбы до 130 км. Недостатком этого комплекса является громоздкость уже далеко не новых ракет, а также недостаточная дальность стрельбы. Береговой «Москит-Э» пока не нашел спроса.

Перспективы оснащения ВМФ РФ
Основным перспективным береговым ПКРК для ВМФ России сегодня считается разрабатываемый при головной роли НПО машиностроения универсальный комплекс «Бал-У», который предположительно должен использовать ракеты серий «Оникс/Яхонт» и «Калибр» (на основе взаимозаменяемости) во взаимодействии с новыми средствами целеуказания. Видимо, в силу ожидания готовности этого комплекса Министерство обороны России отказывается от дополнительных заказов на ПКРК «Бастион» и от закупки комплексов «Бал» с ракетами 3М24.
Следует отметить, что в случае принятия на вооружение комплекса «Бал-У» в качестве единой системы береговых ракетно-артиллерийских частей ВМФ России получится, что все ракетное вооружение этих частей будет представлено лишь системами оперативно-тактического назначения. При этом во всех случаях будут использоваться крайне дорогостоящие мощные (с тяжелой боевой частью) сверхзвуковые (в случае комплекса «Калибр» – со сверхзвуковой ступенью) ПКР, предназначенные для поражения крупных боевых кораблей. Современные береговые комплексы тактического назначения у ВМФ России будут отсутствовать в принципе. Такой выбор вряд ли следует считать оптимальным как с военной, так и с экономической точки зрения.
В случае реального крупномасштабного конфликта маловероятно, чтобы крупные корабли противника (например, американские крейсера и эсминцы, оснащенные системой оружия AEGIS, не говоря уже об авианесущих кораблях) появились в прибрежных российских водах, тем самым подставив себя под ракетные удары. Времена ближней морской блокады давно прошли, а нанесение ударов по российской территории крылатыми ракетами морского базирования ВМС США будут способны вести со значительных расстояний от берега, заведомо превышающих дальность действия существующих береговых систем. Очевидно, что вторжение авианосной ударной группы и крупных кораблей противника в российскую ближнюю морскую зону будет осуществляться только после полного завоевания господства на море и в воздухе, и только после уничтожения в ходе воздушно-морской операции сил береговой обороны с помощью авиационного высокоточного оружия и крылатыми ракетами.
Также стоит сказать, что значительная дальность стрельбы, декларируемая одним из главных достоинств комплексов оперативно-тактического назначения, в условиях борьбы с более сильным противником будет труднодостижима ввиду трудностей обеспечения целеуказания на значительном расстоянии. Противник будет если не срывать, то максимально затруднять целеуказание береговым ПКРК на значительную дальность, обеспечиваемое внешними средствами. В самом неблагоприятном варианте береговые ПКРК будут вынуждены полагаться только на собственные радиолокационные средства, дальность которых ограничена радиогоризонтом, что сведет на нет ожидаемые преимущества применения дорогостоящих дальнобойных ракет.
Таким образом, береговые ПКРК с мощными оперативно-тактическими ракетами, ориентированные на применение главным образом в крупномасштабных конфликтах против крупных и «высокотехнологичным» морских целей, на деле в условиях такого конфликта столкнуться со значительными ограничениями эффективности и, вполне возможно, не смогут полностью реализовывать свой боевой потенциал. Стрельба же «Ониксами» по малым морским целям в ограниченных конфликтах явно нерациональна.
Между тем современное развитие морских сил наших соседей, а также общие тенденции эволюции литоральных морских боевых средств дают основание предполагать возрастание роли малых боевых единиц (включая малые боевые катера, а в перспективе – и безэкипажные боевые средства) в войне в ближней морской зоне. Даже ВМС США все большее внимание уделяют развитию подобных средств. Таким образом, в прибрежных водах России наиболее вероятным концептуальным сценарием для ВМФ РФ видится не наличие «малого количества крупных целей», а наличие «большого количества малых целей».
Очевидно, что ВМФ РФ остро нуждается в современных системах вооружения для ведения борьбы с малоразмерными и средними надводными целями в ближней морской зоне, в особенности во внутренних морях.
Одними из основных систем вооружения для решения задач подобного рода должны рассматриваться недорогие дозвуковые малогабаритные ПКР. Россия имеет весьма удачный и отработанный современный образец такого комплекса ПКР в виде «Урана» с ракетами серии 3М24, а также его береговой вариант в виде «Бала».
Пренебрежение закупками этих комплексов как корабельного, так и берегового базирования представляется совершенно недальновидным.
Не повторяем ли мы сейчас снова ошибку, уже допущенную дважды в военно-морском строительстве накануне мировых войн? Тогда отечественный флот готовился отражать вторжение крупных надводных сил противника в свои воды, подчинив этой задаче все свое развитие. На деле же противник и в Первой, и во Второй мировых войнах действовал в русских водах легкими силами методами «малой войны», к чему отечественный ВМФ был не готов ни в техническом, ни в оперативно-тактическом отношениях. Особенно показательной здесь стала Великая Отечественная война, когда основными противниками Советского ВМФ в прибрежных акваториях и внутренних морях были не линкоры и даже не эсминцы, а вооруженные траулеры, торпедные катера и десантные баржи.
В ходе Пятидневной войны с Грузией в августе 2008 г. было заметно, что Черноморский флот по большому счету оказался также не готов к эффективным действиям против противника, располагающего лишь катерными силами. Выдвинутая к грузинскому побережью «пестрая» группировка сил флота не была способна результативно бороться с малоразмерными целями, а в случае применения противником ПКР могла бы понести серьезные потери.
Переориентация российских морских сил на борьбу не только с крупными, но и с легкими и катерными силами (по крайней мере, на Черном, Балтийском и Японском морях) должна отразиться на строительстве всех родов и сил ВМФ – как корабельного состава, так и морской авиации и береговых ракетно-артиллерийских частей. Применительно к последним наиболее оптимальные перспективы видятся в сочетании закупок оперативно-тактических береговых ПКРК «Бастион-П» и «Бал-У» с мощными и скоростными ПКР «Оникс» и тактических комплексов «Бал» с ракетами класса «Уран». При этом следует указать, что стоимость одной ракеты «Оникс/Яхонт» 3М55 примерно в 3–4 раза выше стоимости ракеты серии «Уран» 3М24. Стоимость батареи ПКРК «Бастион-П» со штатным боезапасом в 16 ракет примерно сопоставима (а, скорее всего, выше) со стоимостью батареи ПКРК «Бал» со штатным боекомплектом в 64 ракеты. При этом с точки зрения «забивания» целевых каналов систем современной корабельной ПВО залп 32 дозвуковых ракет предпочтительнее, чем залп восьми сверхзвуковых ракет.
На практике высокая стоимость комплексов «Бастион» и «Бал-У», скорее всего, приведет к ограничению их закупок либо к растягиванию периода их поставок на длительное время. В результате, если флот не прибегнет к закупке тактических ПКРК, российские береговые ракетно-артиллерийские части ВМФ и через десятилетие будут оснащены в основном комплексами «Редут» и «Рубеж», которые к тому времени окончательно превратятся в «музейные экспонаты» с ничтожной боевой значимостью. Следует также указать, что ракеты 3М24, как показывает их совершенствование в последнее время, имеют большой модернизационный потенциал, реализация которого позволит при относительно небольших затратах значительно повысить гибкость и эффективность применения комплексов ракетного оружия на их основе.
Министерство обороны России при выработке Государственной программы вооружений на 2011–2020 гг. должно рационально подойти к вопросу приобретения новых береговых ПКРК для ВМФ. Осуществляемая в ходе реформирования Вооруженных сил РФ их переориентация на наиболее вероятные ограниченные конфликты по периметру наших границ должна найти свое воплощение и в военно-морском строительстве, включая береговые ракетно-артиллерийские части.