Новости публикаций

13.04.2018

 

Имеет ли КТРВ отношение к созданию нового оружия, названного президентом России Владимиром Путиным в Послании Федеральному собранию? Что даст корпорации недавнее объединение с питерским концерном «Гранит-Электрон»? Верны ли сообщения СМИ о вхождении КТРВ в «Роскосмос»? На эти и другие вопросы в беседе с обозревателем «Независимого военного обозрения» Николаем ПОРОСКОВЫМ отвечает генеральный директор корпорации Борис ОБНОСОВ.

– Борис Викторович, чуть более года назад я спрашивал вас, есть ли необходимость в расширении корпорации? Вы отвечали: как правило, есть, но некоторые предприятия находятся в других холдингах. И вот 10 февраля 2018 года президент России подписал указ, а затем вышло распоряжение правительства о включении АО «Концерн «Гранит-Электрон» (Федеральный научно-производственный центр) в состав корпорации «Тактическое ракетное вооружение». В концерне целый ряд предприятий: АО «Северный пресс», АО «Равенство», АО «Завод им. А. А. Кулакова», АО «Саратовский радиоприборный завод» и другие. Что вам даст такое объединение?

– Тематика концерна «Гранит-Электрон» – системы целеуказания, управления, корабельные автоматизированные системы управления (КАСУ). Еще в 2004 году «Гранит-Электрон» должен был войти в холдинг «НПО машиностроения».

Но по разным причинам этого не случилось. Уже тогда было понятно, что такое объединение было бы целесообразно и полезно.

ВПК «НПО машиностроения» (входит в КТРВ с 2012 года) – крупнейший заказчик концерна «Гранит-Электрон», на долю которого приходится свыше половины заказов. Наверняка такое же положение сохранится и в дальнейшем.

Да, для нас такое объединение – еще и дополнительная нагрузка, но мы подходим к слиянию прагматично. Это не расширение ради расширения, не удовлетворение чьих-то амбиций, как кто-то может подумать. Численность семи новых предприятий – около 5 тыс. человек. Это не так много. Всего в корпорации будет теперь около 60 тыс. человек. Структура вполне управляема. Тематика не очень расширится – в основном это продукция, которой мы «исконно» занимаемся: авиационное и морское оружие. 


– Изначально инициатива объединения исходила от КТРВ или решило правительство?

– Производственная необходимость заставила встретиться с генеральным директором концерна Георгием Анатольевичем Коржавиным. Мы с ним обсудили возможное объединение усилий. Были ведь предложения включить концерн либо в ОСК, либо в «Ростех». А по существу, с прослеживающейся перспективой развития было давно понятно, что если главный заказчик продукции – КТРВ, что если уже налажены тесные кооперационные связи, то и объединяться надо с корпорацией.

– Как на практике происходит объединение?

– Мы уже встретились со всеми директорами во главе с Коржавиным, рассказали коллегам о стиле и методах работы в корпорации. Сейчас направляем на все предприятия группы экспертов для уточнения имеющейся информации об их финансово-экономическом и техническом состоянии.

– Удивило ли что-то в этом ознакомлении новичков: а у нас не так, не ожидали…

– Не удивило, а скорее заинтересовало, особенно наши подходы к корпоративной работе. У нас действует система финансово-экономического управления, которая позволяет разговаривать со всеми предприятиями на одном языке. Она объединяет 44 бюджета предприятий. Есть единый расчетно-кассовый центр, который позволяет достаточно жестко контролировать выплаты на тех предприятиях, финансовое положение которых неблестящее. Думаю, за отведенные нам полтора года на интеграцию предприятий концерна в КТРВ мы уложимся.

– Есть проблемные предприятия среди неофитов?

– Каждое предприятие по-своему и интересно, и проблемно. Но находящихся на грани банкротства мы не обнаружили. Да, есть предприятия с очень маленькой прибылью, а это значит, что там неустойчивое финансово-экономическое положение, которое зависит от заказов и перспектив развития.

– Концерн «Гранит-Электрон» создает системы управления противокорабельными крылатыми ракетами (ПКР), в том числе гиперзвуковыми ПКР пятого поколения. Какое место в КТРВ займет теперь морская тематика? Каковы будут ее объем и значение? Какие идеи и технологии возьмете от влившегося концерна?

– У нас сегодня в объеме выручки авиационная тематика занимает примерно 60%, морская – 40%. Существенного увеличения доли последней не произойдет. Сужу по тому, что объем выручки концерна «Гранит-Электрон» за прошлый год составил 12 млрд руб., у КТРВ совокупный объем – 210 млрд руб.

Совместно с концерном можно более уверенно прогнозировать наше будущее. Мы, конечно, пересмотрим весь наш тематический ряд, попытаемся усилить слабые места. Все это требует детального анализа, в том числе и экономики предприятий, кадрового состава, стендовой базы…

– Будете, видимо, анализировать и мировой рынок противокорабельных ракет. Как вы его оцениваете?

– Рынок этот мы изучали и раньше – у нас же производят такие известные противокорабельные ракеты, как «Оникс», «Брамос», Х-35Э, Х-35УЭ… Рынок растущий, но все упирается в параметр «стоимость–эффективность». Стоимость противокорабельной ракеты Х-35УЭ условно 60 млн руб., а она позволяет с вероятностью 0.9 уничтожать суда водоизмещением до 5 тыс. т, стоимость которых – миллиарды. Такие суда составляют 70–80% всего надводного флота. И, конечно, страны, которые имеют выход к морю, даже если они не столь богаты, заинтересованы в приобретении эффективного противокорабельного оружия.

Одним залпом береговой комплекс «Бал-Э» может выпустить 32 ракеты типа Х-35Э индивидуального наведения. Комплекс «Бастион» работает по судам большего водоизмещения. Стрелять по кораблям водоизмещением до 5 тыс. т ракетой «Оникс» – все равно что бить из пушки по воробьям, поскольку она дороже. «Бал» и «Бастион» прекрасно дополняют друг друга, позволяя эффективно расходовать средства.

– Вам, конечно, знакомы сообщения об еще одном объединении – в универсальный ракетно-космический холдинг, в котором соберут разработчиков и производителей всех видов ракетного вооружения: Роскосмос, Концерн ВКО «Алмаз-Антей», Концерн «РТИ Системы» и КТРВ. Идея новой мегакорпорации принадлежит якобы вице-премьеру Дмитрию Рогозину. Все документы по объединению, как было объявлено, подготовлены и согласованы на уровне правительства. Какова ситуация сегодня? Логично ли такое объединение?

– Я знаю об этом возможном объединении только из прессы, поэтому комментировать здесь очень сложно. Мы на 100% государственная компания, любое решение, если оно будет принято, будем выполнять. У нас с Дмитрием Олеговичем, который был председателем совета директоров нашей корпорации, тесные рабочие отношения. Со мной на эту тему он не говорил. И не только он.

КТРВ выпускает подводное морское оружие, изделия для самолетов и кораблей. Говорить о вхождении в бывший Росавиакосмос, который в свое время возглавлял Юрий Николаевич Коптев, было бы еще как-то оправданно. Логика обсуждаемого сейчас объединения для меня не очевидна. Думаю, что руководство Концерна ВКО «Алмаз-Антей», изготовителя зенитных ракет, такого же мнения о своем вхождении в Роскосмос.



– Изначально инициатива объединения исходила от КТРВ или решило правительство?

– Производственная необходимость заставила встретиться с генеральным директором концерна Георгием Анатольевичем Коржавиным. Мы с ним обсудили возможное объединение усилий. Были ведь предложения включить концерн либо в ОСК, либо в «Ростех». А по существу, с прослеживающейся перспективой развития было давно понятно, что если главный заказчик продукции – КТРВ, что если уже налажены тесные кооперационные связи, то и объединяться надо с корпорацией.

– Как на практике происходит объединение?

– Мы уже встретились со всеми директорами во главе с Коржавиным, рассказали коллегам о стиле и методах работы в корпорации. Сейчас направляем на все предприятия группы экспертов для уточнения имеющейся информации об их финансово-экономическом и техническом состоянии.

– Удивило ли что-то в этом ознакомлении новичков: а у нас не так, не ожидали…

– Не удивило, а скорее заинтересовало, особенно наши подходы к корпоративной работе. У нас действует система финансово-экономического управления, которая позволяет разговаривать со всеми предприятиями на одном языке. Она объединяет 44 бюджета предприятий. Есть единый расчетно-кассовый центр, который позволяет достаточно жестко контролировать выплаты на тех предприятиях, финансовое положение которых неблестящее. Думаю, за отведенные нам полтора года на интеграцию предприятий концерна в КТРВ мы уложимся.

– Есть проблемные предприятия среди неофитов?

– Каждое предприятие по-своему и интересно, и проблемно. Но находящихся на грани банкротства мы не обнаружили. Да, есть предприятия с очень маленькой прибылью, а это значит, что там неустойчивое финансово-экономическое положение, которое зависит от заказов и перспектив развития.

– Концерн «Гранит-Электрон» создает системы управления противокорабельными крылатыми ракетами (ПКР), в том числе гиперзвуковыми ПКР пятого поколения. Какое место в КТРВ займет теперь морская тематика? Каковы будут ее объем и значение? Какие идеи и технологии возьмете от влившегося концерна?

– У нас сегодня в объеме выручки авиационная тематика занимает примерно 60%, морская – 40%. Существенного увеличения доли последней не произойдет. Сужу по тому, что объем выручки концерна «Гранит-Электрон» за прошлый год составил 12 млрд руб., у КТРВ совокупный объем – 210 млрд руб.

Совместно с концерном можно более уверенно прогнозировать наше будущее. Мы, конечно, пересмотрим весь наш тематический ряд, попытаемся усилить слабые места. Все это требует детального анализа, в том числе и экономики предприятий, кадрового состава, стендовой базы…

– Будете, видимо, анализировать и мировой рынок противокорабельных ракет. Как вы его оцениваете?

– Рынок этот мы изучали и раньше – у нас же производят такие известные противокорабельные ракеты, как «Оникс», «Брамос», Х-35Э, Х-35УЭ… Рынок растущий, но все упирается в параметр «стоимость–эффективность». Стоимость противокорабельной ракеты Х-35УЭ условно 60 млн руб., а она позволяет с вероятностью 0.9 уничтожать суда водоизмещением до 5 тыс. т, стоимость которых – миллиарды. Такие суда составляют 70–80% всего надводного флота. И, конечно, страны, которые имеют выход к морю, даже если они не столь богаты, заинтересованы в приобретении эффективного противокорабельного оружия.

Одним залпом береговой комплекс «Бал-Э» может выпустить 32 ракеты типа Х-35Э индивидуального наведения. Комплекс «Бастион» работает по судам большего водоизмещения. Стрелять по кораблям водоизмещением до 5 тыс. т ракетой «Оникс» – все равно что бить из пушки по воробьям, поскольку она дороже. «Бал» и «Бастион» прекрасно дополняют друг друга, позволяя эффективно расходовать средства.

– Вам, конечно, знакомы сообщения об еще одном объединении – в универсальный ракетно-космический холдинг, в котором соберут разработчиков и производителей всех видов ракетного вооружения: Роскосмос, Концерн ВКО «Алмаз-Антей», Концерн «РТИ Системы» и КТРВ. Идея новой мегакорпорации принадлежит якобы вице-премьеру Дмитрию Рогозину. Все документы по объединению, как было объявлено, подготовлены и согласованы на уровне правительства. Какова ситуация сегодня? Логично ли такое объединение?

– Я знаю об этом возможном объединении только из прессы, поэтому комментировать здесь очень сложно. Мы на 100% государственная компания, любое решение, если оно будет принято, будем выполнять. У нас с Дмитрием Олеговичем, который был председателем совета директоров нашей корпорации, тесные рабочие отношения. Со мной на эту тему он не говорил. И не только он.

КТРВ выпускает подводное морское оружие, изделия для самолетов и кораблей. Говорить о вхождении в бывший Росавиакосмос, который в свое время возглавлял Юрий Николаевич Коптев, было бы еще как-то оправданно. Логика обсуждаемого сейчас объединения для меня не очевидна. Думаю, что руководство Концерна ВКО «Алмаз-Антей», изготовителя зенитных ракет, такого же мнения о своем вхождении в Роскосмос.



– Откликнуться на ваши вопросы и запросы обещают?

– По крайней мере не было отрицания предложенного подхода. Иногда слышал: что ты не можешь пойти к руководителю-монополисту и договориться? Могу. Может, что-то и «выбью» в качестве заказа. Но схема и характер такого взаимодействия должны быть общедоступны, должны стать нормой, если хотим дело не заболтать. Второй такой конверсии, какая была в 1990-е, мы не выдержим.

А санкабины для самолетов, медицинское оборудование мы выпускаем по-прежнему, есть еще ряд интересных направлений, в том числе малая авиация. Может быть, сможем что-то предложить на экспорт.

Лишних денег у корпорации нет. Да, мы перевооружились, но не на сто же лет вперед! Такое перевооружение должно проводиться каждые пять–семь лет, и эти сроки будут сокращаться, если мы хотим быть хотя бы в первой десятке-двадцатке ведущих стран мира.

– Реклама вашей продукции происходит во время таких, к сожалению, трагических событий, как боевые действия в Сирии.

– Думаю, без нашего оружия там нельзя было бы восстановить статус-кво.

– О том, что корпорация сегодня имеет серьезный международный авторитет, авторитет среди покупателей, говорят и различные рейтинги. Каковы они?

– В прошлом году мы были на 35-м месте, по оценке Стокгольмского института стратегических исследований (СИПРИ). По оценкам авторитетного издания DefenceNews, КТРВ всегда в первой полусотне. Это не так мало для корпорации, которая начинала с шести предприятий, а сейчас объединяет под сорок.

– Кстати, каково положение одного из них – завода «Дагдизель», куда вы ездили и как генеральный директор корпорации, и как доверенное лицо президента России?

– Мощное, нормально работающее предприятие. За три года работы в составе КТРВ завод перестроился. Там новый станочный парк, заказы выполняются вовремя, ликвидирована дебиторская задолженность, запустили новейший цех с прекрасным оборудованием. Сегодня это завод другого уровня.

– Скоро ли на истребителе Су-57 появится ракета Х-31? Ее называют, как я прочитал, «сверхзвуковой смертью». Это так?

– Скорость этой ракеты три Маха, поэтому, попав в цель, она становится сверхзвуковой смертью. Но я должен оговориться: для Су-57 (в недалеком прошлом Т-50) основное оружие планируется для внутрифюзеляжного размещения. Ракета Х-31 в своих новейших модификациях (ПД, АД) размещается на внешней подвеске. Ракета эта уникальная, но есть и другие изделия для размещения внутри фюзеляжа, которые не уступят ей по своим характеристикам. У этой ракеты новой модификации дальность вдвое больше, она цифровая, у нее другие головка самонаведения и двигатель.

– В этом году корпорация и ее дочерние предприятия планируют принять участие в международных выставках «Армия», «Гидроавиасалон», ADEX, Airshow China. Какие наиболее интересные изделия планируете там демонстрировать? Насколько, по-вашему, эффективны эти выставочные форумы?

– Определенный эффект международные выставки дают, но количество их с нашим участием должно быть строго ограничено. Экспозиция КТРВ должна быть «вылизана», продумана с учетом рынка региона. Мы уже достаточно давно избрали курс на участие только в тех выставках, где мы чувствуем потенциальных заказчиков. Поэтому не размещаем экспозиции, например, на выставках в Лондоне, Париже. Если кто-то из директоров желает, пусть едет за свой счет туристом.

Корпорация участвовала в выставках в Казахстане, Азербайджане, некоторых других региональных выставках. Но основные для нас – внутрироссийские, в частности «Армия» в парке «Патриот». Кстати, в прошлом году наш стенд занял первое место среди экспозиций. МАКС в Жуковском, Военно-морской салон в Санкт-Петербурге, выставка в Геленджике – там мы как государственная компания должны быть достойно представлены.

– Борис Викторович, и в заключение нашей беседы хотелось бы узнать ваше видение перспектив дальнейшего развития корпорации.

– Уверен, что при той поддержке, которую нам оказывает руководство страны, и благодаря опыту и профессионализму коллективов наших предприятий мы сможем достойно справиться со всеми поставленными перед нами задачами.